«Этот клинический случай позволяет нам различить сосуществование и развитие двух форм, казалось бы, разнородных видов ревности. Первая, которая действительно преобладает, принимает форму тревожного раздражения и является причиной своего рода „предбредной паранойи“. Вторая форма, которая не заменяет, а „усложняет“ первую, вводит подлинную триангуляцию, одновременно позволяя переработать образы отца и матери и структурирующие идентификации».