Подход, предложенный автором, направлен на то, чтобы сделать ощутимым восприятие эффектов
объектов, которые, начиная с переноса, появляются, прежде чем их можно назвать. «Угадывание» предшествует «построению» и «интерпретации». В временности «здесь и сейчас» следствие предшествует причине: объект приводит к влечению, которое, в свою очередь, создает объект. Это необычная траектория,
часто состоящая из упущенных встреч, которая мобилизует психическую работу аналитика. Таким образом, объекты, которые появляются в ходе лечения, являются продуктом реконструкции in situ, о которой мы узнаем только в конце. Однако эти же объекты составляют основу, на которой постепенно разворачиваются
интерпретации. Таким образом, объект является творением аналитика с момента его построения: запечатленный в памяти, объект подвергается фикциональной работе, чтобы достичь видимости, вырвавшись из своих эдипальных корней, подверженных опасности меланхолического влечения.

Связана ли частота невротических организаций с текущими потрясениями в социальной и культурной сфере? Исходя из наблюдения о психическом процессе, отрицающем внутренний мир, который является источником трудностей в отношениях с объектами, автор описывает то, что препятствует созданию аналитического объекта в различных условиях. Гипотеза о субъектной разобщенности Я (Грин), которая отгоняет объект потребности, объясняет ситуацию дистресса, в которой защитный парадокс, ограничивающий эффективность языковых представлений, может быть обойден благодаря присутствию аналитика.